Елизаветинцы и Шекспир (английские поэты эпохи Возражения)
"Хвала Элизе и тебе, мой друг..." 

Возрождение – это вызов.

Вызов косности, страху и невежеству. Вызов, потому что эпоха Возрождения создает образцы искусства, которое потом – навсегда – станут называть классическими. Сами они при этом основаны на классических – античных – образцах. Но именно творениям Возрождения будут следовать толпы подражателей, и их же будут отвергать и «преодолевать» толпы модернистов.

Для нас вызов - сегодня, на Клубе поэзии - прочесть и понять творчество поэтов Англии эпохи царствования королевы Елизаветы первой английской (конец 16 века – начало 17-го) и – короля Иакова Первого (с 1603 г.), вплоть до закрытия театров указом парламента в 1642 году и упадка «елизаветинской» поэзии в результате действий пуритан.

Лучшие русские поэты и исследователи поэзии с 19-го века уделяли пристальное внимание елизаветинцам (Elizabethans) и стоящему немного особняком Шекспиру. Они переведены на русский многими яркими нашими поэтами.

Итак, вперед - от Спенсера, Шекспира и Марло – к Жуковскому, Лермонтову и Серебряному веку.

 

Эпоха Елизаветы I английской – блестящая страница Возрождения и становления современного английского литературного языка. Кстати, преобразователь английского поэтического языка – это не Уильям Шекспир, как можно было бы подумать, а самый яркий и плодовитый елизаветинец – Эдмунд Спенсер. Это его строчка вынесена в название…

 

При этом надо учитывать, что время елизаветинцев и раннего Шекспира – время становления и британского духа, и британского могущества. Сокрушена непобедимая испанская армада, Британия становится владычицей морей и колониальных территорий. Королева Елизавета Тюдор, казнившая Марию Стюарт, остается девственницей, но ее фаворитов и претендентов на руку и сердце столько, что остается удивляться, когда она успевает жестоко править своим государством… Королева духов (королева фей) – не меньше, ей посвящают стихи, поэмы, театральные постановки, рыцарские турниры.

Нам предстоит немного окунуться в эту атмосферу.

 

В конце анонса посмотрите небольшую толику имеющейся библиографии: заодно удивитесь, как немало БЫЛО издано у нас издано ИЗ и ОБ английской поэзии того времени.

Один из основных трудов вышел в 2-х томах: 1-й в 1916-м, 2-й – в 1938-м. Каково?

Русские переводы елизаветинцев можно посмотреть и в Интернете (см. страницы с 64 по...97, примерно). Здесь Стихи в лучших переводах и оригиналы! Сразу и вместе.

Теперь - переводы современные, от Александра Лукьянова. Хотя и не Маршак, но… Прекрасно иллюстрированный собственный сайт, найдете много интересного.

Смотрите и ищите интересующих нас авторов.

 

Прикрепляю статьи умных литературоведов – Захарова и Васильевой – уверен, они откроют вам много интересного. 

 

В отдельном файле представлены фрагменты переводов поэтов-елизаветинцев Спенсера, Лили, Марло, Рэли, Джонсона.

По большому счету, елизаветинцы не были профессиональными литераторами. Но не были и коленопреклоненными и безропотными придворными. И не все восхищались Елизаветой, как Спенсер. Вот сокращенный отрывок из еще одной «умной» статьи с изложением характерных для того века обстоятельств:

«Во второй половине XVI века в Англии сложился кружок просвещенных дворян-гуманистов, наподобие французской «Плеяды», горделиво именовавшей себя «Ареопагом». Многие из участников кружка довольно враждебно относились к правлению Елизаветы. К ним был близок мореход и поэт Уолтер Рэли, резко порвавший с итальянской традицией в английской лирике. Отношения у Рэли и королевского правительства были явно натянутыми: при Елизавете он томился в тюрьме по пустяковому обвинению, которое было лишь предлогом. При ее наследнике короле Иакове I, выпустившем Рэли из тюрьмы, поэт был казнен в результате «гнусной провокации».

Опале подвергся и другой участник «Ареопага» — Филип Сидни, автор любовного романа, состоящего из цикла сонетов — «Астрофил и Стелла», а также романа «Аркадия», полного горьких раздумий о судьбах Европы. Ему принадлежит и «Защита поэзии», созданная не без влияния француза Дю Белле. От кого защищал поэзию Филип Сидни, снискавший себе смерть в одном из эпизодов Нидерландской революции? От нападок английской знати, презиравшей звание поэта и видевшей в нем нечто вроде шута. Поучая английских провинциалов уважению к званию поэта и к самой поэзии, Сидни вспоминает о великих эпических традициях, живущих в английском народе, требует — в противовес вкусам своего века — изучения не только античного, но и родного поэтического наследия. Так Сидни подходит к теме одного из сонетов Шекспира, в котором поэт горько сетует на то, что презираемая профессия актера ставит его в невыносимое положение перед любимой.

Зрелое английское Возрождение выдвинуло плодовитого поэта Майкла Дрейтона 

(здесь несколько его стихотворений), который с успехом выступал почти во всех жанрах елизаветинской эпохи. В поэме, носящей ученое название «Полиальбион», он создал славословие Англии в форме своеобразной поэтической географии, показал пробуждение страны в ходе меняющего ее облик ренессансного переворота. Любовная лирика Дрейтона выделяется своей искренней нотой на фоне классически условного выражения чувств у многих его современников. Среди них наиболее убежденным сторонником новых классицистических тенденций в английской литературе на рубеже XVI и XVII веков был Бен Джонсон, знаток античной культуры, крупнейший драматург и поэт конца английского Возрождения».

 

В заключение – почти навскидку – ответ тем, кто считает елизаветинцев «малоизвестными авторами». Любопытные факты об одном стихотворении только что упомянутого Бена Джонсона (Ben Jonson, 1572 – 1637).

 

«Песня. К Селии» - оно многократно переводилось на русский. Вот, например:

Глазами тост произнеси,

И я отвечу взглядом,

Иль край бокала поцелуй,

И мне вина не надо.. .

За взгляд один удивительный твой

Своим расплачусь я сполна,

А коль поцелуем одаришь – отныне

Забуду про вкус я вина.

Ту жажду, что душу измучить готова,

Я лишь божеством утолю,

Но даже чашу с нектаром Иова

Не стану менять на твою.

(Я.Берлин)

 

Оно стало песней множество раз. Рэй Брэдбери приводит его в своих «Марсианских хрониках».

У Уильяма Сарояна в самом трогательном его рассказе «В горах мое сердце» главный герой – мальчик – говорит со старым трубачом:

– Сэр, – сказал старик, – я умираю с голоду. Я иду.

– А вы играете «Пей за меня одним лишь взором»? — спросил я старика.

— Хотелось бы послушать, это моя любимая песня. Сыграйте мне, а? Чудная песня.

 

«Пей за меня одним лишь взором». Это все о том же шедевре: вот английский текст:

 

Song. To Selia

Drink to me only with thine eyes,

     And I will pledge with mine;

Or leave a kiss but in the cup

     And I'll not ask for wine.

The thirst that from the soul doth rise

     Doth ask a drink divine;

But might I of Jove's nectar sup,

     I would not change for thine.

 

 I sent thee late a rosy wreath,

     Not so much honouring thee

As giving it a hope that there

     It could not withered be;

But thou thereon didst only breathe,

     And sent'st it back to me,

Since when it grows and smells, I swear,

     Not of itself but thee!

 

Вот здесь – звуковой файл в формате mp4. Петь хочется!

 

А вот подстрочник:

Испей за меня, лишь/хотя бы глазами

Поклянусь ответно и я.

Или оставь/подари бокалу прикосновенье/поцелуй твоих губ

Тогда и вина не попрошу/не нужно.

Жажда в душе возрастает

Прошу/жажду божественного напитка

Имей я глоток напитка Юпитера,

Не променял бы на твой [бокал].

 

Поздно/к ночи послал тебе венок из роз,

Не столько для прощального прославленья/поклоненья тебе

Сколько возлагая надежду,

Что теперь ему не увянуть.

Но после одного только вдоха/вдыхания

Ты отправила/вернула его мне обратно

С тех пор, когда он возрастает и источает аромат, я клянусь,

У  роз аромат не свой, но твой!

 

Некоторые литературоведы отметили, что текст восходит к древнегреческим прототипам. Неудивительно, если он волнует нас до сих пор!

 

Любовь Игоревна Медникова в ходе подготовки нынешнего заседания Клуба сделала свой, новый перевод. С новым названием! Привожу его для вас:

 

Глоток любви

 

Исчерпан взглядом я твоим,

Испит тобой до дна.

Твой поцелуй, для всех незрим,

Хранит бокал вина.

Пожар души целит любовь,

Затмит  глотком одним;

И нет напитка у  Богов,

Чтоб мог сравниться с ним.

 

Пришлю тебе я роз порфир –

Любви прощальный гимн:

В саду твоем, как среди нимф,

Придет бессмертье к ним.

Не получив глоток любви,

В мой сад возвращены,

Их скоро вянут лепестки,

Тобой опалены.

 

 (перевод Л. Медниковой)

P.S.Обещанная небольшая библиография:

  • Европейские поэты Возрождения / Вступ. ст.      Р.Самарина. М., 1974. (БВЛ). Великолепный, красивый том, - из английских поэтов представлены Томас Уайет, Филип Сидни, Эдмунд Спенсер, Джон Лили и др.

  • Книга песен (из европейской лирики 13-16 веков). Сост. А.В. Парин. М. 1986 г. 

  • Английская поэзия в русских переводах. Шедевр изд-ва Прогресс 1981 года. В двух книгах. Тираж более 100 000! Тексты стихотворных переводов выполнены Жуковским, Гнедичем, Лермонтовым, Тютчевым, Блоком, Бальмонтом, Пастернаком, Маршаком, Левиком и др. Книга содержит справки об авторах и комментарии к тексту.

  • Сидни Ф. Астрофил и Стелла. Защита поэзии / Ст. Л.И. Володарской. М., 1982. (ЛП).

  • Марло К. Сочинения / Вступ. ст. А. Парфенова. М., 1961.

  • Алексеев М.П. Литература средневековой Англии и Шотландии. М., 1984.

  • Аникин Г.В., Михальская Н.П. История английской литературы. 2-е изд. М., 1985. 

  • Парфенов А.Т. Кристофер Марло. (1564-1593). М., 1964.

  • Шекспир У. Трагедии. Сонеты. / Вступ. ст. А.А. Аникста. М., 1968. (БВЛ).

  • Аникст А.А. Творчество Шекспира. М., 1963.

  • Урнов М.В., Урнов Д.М. Шекспир. Движение во времени.М., 1968.

  • Шекспир и русская культура / Под общей ред. акад. М.П. Алексеева. М.; Л., 1965.

  • Шекспир У. Сонеты - Sonnets / Вступ. ст. и коммент. А.А. Аникста. М., 1984

Уолтер Рэли. 1552-1618.