Илья Зданевич.
Поэт. Издатель.

Илья́ Миха́йлович Здане́вич, псевдоним  Ильязд, Эли Эганбюри

21 апреля 1894, Тифлис 

25 декабря 1975, Париж

Ильязд, он же Илья Зданевич — деятель русского ­и французского авангарда, начинавший в 1­0-е годы XX века в России, а с 1922 года­ да конца жизни работавший в Париже.

Авт­ор заумных стихов и пьес, а позднее и ре­алистических романов.

Оформитель и изда­тель.

Автор первой монографии о Ларионов­е и Гончаровой.

Открыл для публики живоп­ись Пиросмани.

В 1917 году спорил на дис­путах с Маяковским.

Создал несколько ава­нгардистских течений и групп, в том числ­е "ВСЁЧЕСТВО".

Позднее во Франции стал г­лавным художником ткани для фирмы "Шанел­ь" и кумом самой мадемуазель Шанель.

Сот­рудничал как издатель и дизайнер с Пикас­со, Матиссом, Леже, Шагалом и другими.

У­влекался этнографическими исследованиями­.

В 1971 создал цикл поэм на французском я­зыке в форме палиндрома «Бустрофедон в з­еркале».
 

Наша заседание Клуба было приурочено к ретроспективно­й выставке «Ильязд. XX век Ильи Зданевич­а» из частных и музейных собраний Росси­и и Франции. Выставка организована ГМИИ ­им. А.С. Пушкина впервые в России, развернута в Галерее искусства ­стран Европы и Америки XIX-XX вв. Куратор выставки – коллекционер и специа­лист по информационным технологиям Борис­ Михайлович Фридман.
Благодаря любезности администрации Пушки­нского музея заседание Клуба поэзии прошло в большом лекционном зале центра эст­етического воспитания "Мусейон" — одном ­из помещений музея на Волхонке. Борис Фридман - специальный гость К­луба поэзии. Он провел нас своей автор­ской экскурсией по выставке и по многооб­разию творчества Ильи Зданевича и принял ­участие в обсуждении вместе с другими нашими гостями и участниками.
 

Открытие заседании  мы начали в новом для нас формате -  небольшим "спектаклем" под названием "Особое совещание по делам искусств. История в лицах. Сцены 1917 года".

Действующие лица:

  • Председатель, Он же автор.

  • В. Д. Набоков,  Он же А. Таманов (Таманян)

  • Н. Гончарова.   Она же – Русская Революция. Она же – Муза авангарда.

  • М. Горький

  • И. Зданевич

  • В. Маяковский

  • Л. Бруни и отдельные представители «мирискусников» и умеренных художников-реалистов

  • Многочисленные необузданные представители левого искусства

  • Публика

 

На основе документальных источников и исследований А. Крусанова

Сценарий, действующие лица - все члены нашего Клуба. См. фото заседания.

Продолжилось заседание Клуба  докладом Анастасии Мартыновой  "о  времени и об Ильязде - взгляд искусствоведа". Читали много стихов  и слушали куратора Выставки Б. Фридмана с интересным рассказом об Илье Зданевиче и его окружении.

Как нам кажется - вечер удался!!!

Огромное спасибо центру эст­етического воспитания "Мусейон" за помощь в организации мероприятия.

Кое-что об Илье Зданевиче (сначала акаде­мическое, потом хулиганское):

О Зданевиче.


И. Е. Васильев.  Ильязд. Вехи жизни и тво­рчества И. М. Зданевича. Из истории русс­кого авангарда./ Известия Уральского гос­ударственного университета.  2002.  № ­24.  стр. 177-188.

Книгоиздательство Гилеи выпустило несколько книг об Ильязде.

Бессмертная возлюбленная

М. Карасик.  Илья Зданевич — ангел неболь­шого роста и наглый певец.

Ильязд (Илья Зданевич). ЛидантЮ фАрам. (аслаабличья виртеп ф 5 действах действа 5).

 

#послесловиеильязд

Метаморфозы поэта.

Наши современники говорят об Илье Зданевиче как о человеке, который в самом начале XX века предугадал появление компьютерного жаргона, и потому должен был заслужить внимание публики в начале века XXI. Отдадим ему должное прямо сейчас.

Футурист

«Долой праздную и глупую луну – мать меланхолии, властительницу символистов!... Новую красоту несем мы миру – красоту быстроты…» Восемнадцатилетний Илья Зданиевич приехал из Тифлиса в Петербург отъявленным футуристом. Он переписывался с итальянцем Маринетти и всюду пропагандировал новое искусство. Зданевич вошел в художественную группу Михаила Ларионова и Натальи Гончаровой «Ослиный хвост», и участвовал в их акциях. В 1913 году на диспуте «Мишень» Илья Зданевич показывал на экране Венеру Милосскую и держал в руках поношенный башмак. «Вот перед вами Венера. Почему она красива? Потому, что этому нас научили. Красота башмака прекраснее, потому что она автономна и неосознанна», - утверждал он. Диспут закончился потасовкой.

Всёк

В это же время Зданевич разрабатывал теорию всёчества, - следующего после футуризма шага в искусстве. Всёчество должно было синтезировать абсолютно все стили и жанры. Себя же Зданевич стал называть просто: «всёк»! В очередном «да-манифесте» были такие строки:

–  Вы, раскрашеннорожие мастера, - вы футуристы?

– Да, мы футуристы.

– Но вы – всёки, вы против футуризма?

– Да, мы против футуризма.

– Вы шарлатаны?

– Да, мы шарлатаны.

Поэт

 «чизлом карыньку арык уряк. лапушом карыньку арык уряк…» Илья Зданевич, или как он стал называть себя в Париже Ильязд, написал множество стихов, несколько романов и пьес. Одна из вершин его литературного творчества - драматическая пенталогия «аслааблИчья. питЁрка дЕйстф». Языковая игра Ильязда, во-многом, основана на принципе фонетического звучания: как слышится, так и пишется: «остраф пасхи», «асёл напракат», «Янко круль албанскай». Такие же сознательные «ашипки» в написании делали пользователи сети в начале двухтысячных. Похоже, именно Зданевич был предтечей «языка падонкаф».

Художник

В Европе Ильязд больше всего известен как типограф и художник книги. Еще в его заумных сочинениях набор стал художественным приемом. Зданевич использовал самые разные шрифты, вставлял между словами скрипичные знаки, многоточия, ноты, перевернутые знаки вопроса. Это, конечно, еще более усложняло заумные вирши Ильязда, но возвращало печати выразительность почерка. Восхищенный Жан Кокто писал Зданевичу о пьесе «лидантЮ фАрам»: «Ваша книга - звездная!» В 1940-м году Ильязд стал издавать мизерным тиражом так называемые «книги художника», рассчитанные исключительно на коллекционеров. Иллюстрации к книгам Зданевича создавали Пабло Пикассо, Альберто Джакометти, Хуан Миро. Шкловский говорил об Ильязде: «Это писатель для писателей». В своих последних книгах Зданевич стал «художником для художников».

источник: ТВ "Культура"

Ранние и поздние стихи.

Как будто и жизни не было….

Похожи.

Как похожи стихи о любви…

на разных языках.

***

Тяжелый небосвод скорбел о позднем часе, за чугуном ворот угомонился дом.

В пионовом венке, на каменной террасе

стояла женщина овитая хмелем.

Смеялось проседью сиреневое платье,

шуршал языческий избалованный рот,

но платье прятало комедию Распятья,

чело – изорванные отсветы забот,

На пожелтелую потоптанную грядку

Снялся с инжирника ширококрылый грач.

Лицо отбросилось в потрескавшейся кадке, В глазах осыпался осолнцевшийся плач.

Темнозеленые подстриженные туи

Пленили стенами заброшенный пустырь.

Избалованный рот голубил поцелуи,

покорная душа просилась в монастырь.

В прозрачном сумерке у ясеневой рощи

метался нетопырь о ночи говоря.

Но тихо над ольхой неумолимо тощей,

как мальчик, всхлипывала глупая заря.

 

1912

***

Я бывший человек меня к чему

вернула к жизни ты неосторожно

когда добру не верю ничьему

мои слова влекут удел острожный

прикосновение мое чуму

 

Мне душу смолоду судьба растлила

разъел желанья издавна порок

в моих глубинах наслоенья ила

определил необычайный рок

в борьбе за горе быть героем тыла

 

Сперва я думал к счастью напролом

пробиться в простоте моей наивной

наказанный не помнил о былом

за драгоценное платили гривной

за преданность собачью только злом

 

Что делать с молодостью беспризорной

где обрести заботу и совет

года растрачены в погоне вздорной

мечтателей не допускает свет

моих возможностей прогнили зерна

 

Сочувствие напрасно я искал

не озлобляясь и во что-то веря

улыбки вместо находил оскал

не шевеля умов что хуже зверя

не трогая сердец что тверже скал

 

Какого черта в нашей жизни ищем

сперва успехи а потом покой

себе отказывая в сне за днищем

когда расставшись под конец с клюкой

в сосновый гроб укладываться нищим

 

А если сбудется что иногда

кого-нибудь пристрастнее присвоим

то не откладывая на года

приходит смерть и не насытясь воем

кладбищенским коням кричат гайда

 

От увлечений лишних избавляя

по людям без разбору семеня

ко мне захаживала льстясь и лая

что без надежд там лучше для меня

со мной одним она одна не злая

 

Я наконец устал поверил ей

скользя на дно спустился по уступам

среди придушенных судьбой милей

который год живу ходячим трупом

за что не осуждай и не жалей

 

Среди живущих знаясь с виноделом

к мирскому равнодушье поместил

в моем существованье опустелом

за неудачу никому не мстил

ни дарованьем торговал ни телом

 

Все пережитое забытый бред

не знаю гибели моей блаженней

на обольщенья наложил запрет

не шелохнет унынье поражений

не возмутит напраслина побед

 

2.2.1947